Kingdom of Morocco: yesterday, today, tomorrow

Королевство Марокко: Вчера, сегодня, завтра

- Взгляды вашей мамы на то, что политическая ситуация в стране изменилась к лучшему, вам кажутся наивными?

- Да, они наивны! – сказала 17 летняя марокканка Линна Маддад, дочь руководителя программ по реабилитации жертв репрессии и их потомков Фатнны Эльбуи.

В возрасте своей дочери, в 1972 году, Фатнна была арестована марокканскими властями за участие в студенческом освободительном движении против существующего монархического

режима. Она пробыла в тюрьме 5 лет, где она подвергалась пыткам за несогласие с
остальным «миром».

Сегодня Фатнна руководит в Касабланке программами по реабилитации политических жертв и их детей, способствуя их интеграции в остальное общество, сохранению исторической

памяти.

Как призналась Фатнна журналистам из Армении, Грузии и Азербайджана, находившихся с 24 по 30 октября
в Марокко в рамках программы European Neighbourhood Journalism Network, отношение людей к политическим жертвам со временем изменилось: из настороженного и опасливого оно постепенно переросло в сочувствие и уважение.

 

Несмотря на то, что политические жертвы и их дети до сих пор живут достаточно изолированно в промышленном районе неподалеку от мусороперерабатывающего завода на далекой
периферии Касабланки, Фатнна верит, что ситуация в стране изменилась намного к
лучшему. 

Однако признание дочери бывшей политзаключенной звучит символическим правдоподобием на фоне атмосферы страха и того угнетения, в которое повергнуто то, что называется
обычно либеральной точкой зрения...   

«Хотя цензура заметно ослабла, существуют строгие ограничения на свободу выражения мысли. Я хотела бы уехать отсюда во Францию. К тому же, здесь меньше возможностей для карьеры», -признается Линна.

В объятиях Европы

Марокко отделен от Европы проливом Гибралтар, протяженностью всего 14 километров. Этот факт на фоне всех остальных позволяет марокканцам в огромных потоках
иммигрировать в Европу, в частности, во Францию в поисках лучшего заработка.

Евросоюз в стремлении обеспечить стабильность и безопасность своей, прежде всего, территории предоставила Марокко «передовой статус», во главу угла которого ставится,
главным образом, содействие проведению реформ, благополучие населения с тем,
чтобы люди не покидали свою страну.

Как отметил политический советник представительства ЕС в Марокко Жером Касье: «Марокко –

одна из главных и первых стран, которая пользуется поддержкой Евросоюза. ЕС присутствует в Марокко не для захвата рынка и не из благородства. Благополучие и безопасность Марокко
является безопасностью самого Евросоюза».

Касье подчеркнул, что Марокко является важной «ставкой» Европы и важным элементом европейской политики.

Очевидна и экономическая выгода с Марокко, население которого составляет 34 миллиона. Ряд соглашений принятых между сторонами помогают продвигаться быстрее в укреплении
сотрудничества, в частности, по обмену промышленным производством,
сельскохозяйственной продукцией.

«Сельское хозяйство является очень важным сектором, поскольку 40% активно занятого населения работает именно в этой отрасли, и это составляет 15% от ВНП. «Помидоры и
цитрусовые – продукты, которые поставляются из Марокко в Европу. Зерно и мясо –
из Европы в Марокко», - отметил Касье.

С 2005 года действует также соглашение о морском рыболовстве. Свободный обмен с точки зрения предоставления услуг и инвестиции, что составляет 50% от марокканской экономики и 3.4 части услуг, которая предоставляется Европой. Марокко – первая страна, с которой
заключено соглашение об Open Sky «Открытом небе»,  что с точки зрения
перевозок позволило развить туризм, сделать его более привлекательным, дешевым
и доступным.

Оказывается активная поддержка социальной реформе, нормализации экономической сферы, организационным институциональным инструментам, демократическому развитию, спасению окружающей среды. С момента принятия Барселонского соглашения в 1995 году, ЕС вложил 1,6 млрд.в развитие экономики Марокко. Более 1 млрд. евро уже освоено.

«Основной задачей ЕС является создать во всем регионе зону сотрудничества, стабильности, процветания, открытой экономики», - заявил Касье.

При этом Касье отметил, что преобладающих случаев коррупций в стране нет. «Анализ степени коррупции в управлении государственными ресурсами, выявил, что основные случаи сводятся к тому, что фонды не используются должным образом, что происходило скорее из-за плохого знания правил управления. Это не коррупция», - отметил Касье.

Взаимоотношения Марокко с Европой – это исключительный пример стабильных отношений с африканской, мусульманской страной, у которой практически отсутствует перспектива вступления в ЕС, но есть желание сотрудничать с ЕС по всем стратегическим направлениям. Однако кардинальные изменения не произойдут за счет одного давления со стороны ЕС, эти изменения должны произойти внутри страны, а для этого нужна воля.

Страна Апельсиния, где правит всеми уважаемый монарх

Политическая система Марокко характеризуется неограниченными полномочиями короля в отношении правительства. Король Марокко Мухаммед Шестой сын
Хасана Второго является главой государства, верховным главнокомандующим
и духовным повелителем правоверных.

В стране конституционно запрещены критика в отношении членов королевской фамилии, концепции монархии, имущественного достояния короля. Премьер-министр страны наделен
номинальным объемом полномочий, в королевстве слабо развиты судебные системы и
законодательные органы.

После достижения независимости от Франции армия неоднократно представляла собой угрозу стабильности и безопасности монархии. В 1971 и 1972 были предприняты две
попытки государственного переворота, после чего пошла волна репрессий, арестов
и насилия в отношении противников монархии.

Однако после вступления на трон Мухаммеда Шестого 10 лет назад, страна, по утверждению международных наблюдателей, существенно продвинулась к
значительно более мягкой форме авторитаризма по сравнению с режимом его отца
Хасана II. Гражданские права многих групп населения, к примеру, женщин, были
расширены...

По словам представителя ЕС в Марокко Касье, «продвинутый статус» был принят, учитывая как раз эволюцию, имевшую место в течение 10 последних лет.

«Король Марокко объявил об интересных реформах, и мы ждем, чтобы они были осуществлены. В наших диалогах мы постоянно поднимаем вопросы политических реформ, прав человека, демократии и правового государства», - отметил еврочиновник.  

Марокканский феномен, однако, заключается в том, что отношение 90% населения марокканцев к королю - это глубокое неподдельное уважение к монарху, которое как-то уже совсем негармонично сочетается с недовольством
режимом. Вот уж, воистину, Слава доброму тирану!

«Как человек, король, мне очень симпатичен, он грамотен, я его уважаю. Но власть не должна находиться в одних руках. Это неправильно», - говорит марокканский
переводчик Нурдин Хамали (Nourdine Khamali), указывая на огромный королевский
корт для гольфа, мимо которого мы проезжали. «Король любит играть в гольф», -
пояснил Хамали.

Голос муэдзина с минарета самый высокий в этой стране

Сломав режим, можно разрушить страну, - полагает свободный журналист Хичам Ховдайфа (Hicham Hovdaifa).

«Зачем ломать режим. Мы 11 веков жили при монархе, наше общество не представляет себе иной реальности и жизни при другой системе», - считает журналист.

Однако, говоря о том, выступает ли он за режим или против него, журналист счел этот вопрос слишком прямолинейным.

«Я не хочу свержения короля, потому, что наступит хаос. У нас много народностей, арабы, берберы, черные на юге и региональная ментальность. Король представляет
единство. Оппозиция поэтому стремится проводить изменения с согласия короля. Я
думаю, что если у марокканцев будет доступ к образованию, а сегодня 40%
населения неграмотны, Марокко радикально изменится, это будет страна с более
демократической политической системой, с более сильным парламентом и исполнительной
властью, с умеренной властью короля», - говорит Хичам. Он уверен, что изменения
произойдут в Марокко уже через два десятилетия…

Мохамед Себбар, в 1984 году был осужден по обвинению о внесении беспорядков в социальную систему, а также в покушении на внутреннюю безопасность.

«Это стало результатом моего активного участия в студенческом движении против режима. В тюрьме я подвергся пыткам, меня пытали электричеством, подвешивали на дыбу, били по
пяткам палками, погружали в воду, постоянно завязывали глаза... Таким образом,
меня наказывали за оппозиционные взгляды», - говорит Себбар.

Сегодня, будучи состоявшимся юристом, Себбар признается, что никогда не думал бежать из страны и не изменял своим принципам. Повторение случившегося в 84-ом сегодня сложно
представить, считает Себбар, благодаря активному движению за права человека, а
также давлению извне, в частности, со стороны Евросоюза.

«Сегодняшний Марокко – это привилегированный партнер ЕС. В стране наблюдаются некоторые подвижки, существует свобода прессы, нет предварительной цензуры...», - отметил бывший политзаключенный.

В унисон такому оптимизму руководитель департамента по сотрудничеству и внешним связям Консультативного совета по правам человека Абдерразак Руван говорит о том, что
«необходимо определить рамки свободы высказывания мнения».

Оксюморон нынешней ситуации налицо, ведь рамки - сами по себе уже ограничение и предусматривают отсутствие свободы.Звучащий же общий оптимизм
априори мыслится утопичным, поскольку нарушение норм
демократии неминуемо в условиях Халифата. Сегодня один король – завтра другой,
сегодня свобода репрессированным – завтра нет этой свободы. Где гарантия, что
курс на демократизацию продолжится, и какого рода демократизация это будет?

На эти вопросы, даже наиболее радикально настроенное марокканское общество, похоже, не способно сегодня дать четкий и искренний ответ.

Оксана Мусаелян, Марокко.

ИА АрмИнфо

ИА АрмИнфо