Проект «Мультиэтничность»

Вместе с независимостью власти Косова получили от международных организаций целый список «домашних заданий», среди которых – жизнеспособные политические институты, работающая экономика и включение нацменьшинств в общественную жизнь края. Последний пункт в большей степени, чем остальные, пока выполняется лишь на бумаге – вовлечение представителей малых этнических групп в общественно-политическую жизнь происходит сверху вниз, по инициативе косовских властей и международных организаций, а не самих этнических общин.

Олеся Олешко, «Профиль», из Косова

Город Митровица на севере Косова, где компактно проживают сербы и албанцы, заработал репутацию одного из самых конфликтных уголков новоиспеченного государства. Город разделен рекой Ибар на две части: северную – сербскую, и южную – албанскую.
Сербская часть города считает своей столицей не Приштину, а Белград, по улицам такой Митровицы развешаны постеры, напоминающие о «единой Сербии», или даже более радикального содержания – требующие освобождения ультранационалиста Воислава Шешеля из Гаагской тюрьмы. Услышав на улице русскую речь, прохожие, особенно мужчины старшего возраста, оживляются и тут же спешат поделиться своим видением геополитических раскладов: «Путин – хорошо! Медведев – хорошо! Россия спасет Сербию!». В северной Митровице в обиходе две валюты – евро, как и на остальной территории Косова, и сербские динары.
В сербской части гораздо больше обветшалых многоэтажек с запасами дров на балконах – сказывается отсутствие централизованного отопления. Албанская же часть пестрит новостройками, раскрашенными во все цвета радуги, и вывесками на двух языках. Повсюду видны флаги стран, признавших независимость Косова, и международных организаций. Мост, соединяющий обе части Митровицы, постоянно патрулируется миротворцами, а местные жители стараются без крайней необходимости не переходить на другой берег.
Те, кто у власти
«У них уже практически генетическое недоверие друг к другу», – говорит Андрей Ефремов, старший политический советник Миссии ООН в Косово (UNMIK), работающий в офисе организации в Митровице. Нежелание сосуществовать мирно особо сильно проявляется на севере страны – 50-тысячная сербская община, проживающая там, пользуется финансовой и политической поддержкой из Белграда, да и сама географическая близость «большой родины» тоже помогает устраивать демарши против косовских албанцев. Сербы из южных регионов оказались в своего рода изоляции: Белграду сейчас не до них, а Приштину они сами принципиально игнорируют.
Неучастие сербов и представителей других этнических групп в общественной жизни края ставит под угрозу проект мультиэтничного Косова. Рекомендации СБ ООН по определению статуса Косова содержат множество пунктов, касающихся обеспечения прав проживающих там меньшинств. В одном из них говорится: «Государственными языками Косова являются албанский и сербский, языкам других национальных меньшинств – турецкому, боснийскому и ромскому – необходимо предоставить статус официальных». В результате, вывески, ценники в магазинах и меню в ресторанах – на двух языках, а иногда даже на трех. В Приштине в активном обиходе английский.
Сложности вызывает параграф о том, что меньшинства, проживающие на территории Косова, должны гарантированно получить представительство в органах власти края. Де-юре все получилось: «Двое из шестнадцати министров и три заместителя министров – сербы, – говорит вице-премьер Косова Хайредин Кучи, – мы создали необходимую законодательную базу для их участия в политической жизни страны. Вот только они этим не пользуются».
Сербы, проживающие на территории Косова, с 1999-го бойкотируют любые выборы. Цель ясна: всячески продемонстрировать свое неприятие независимости края и снять с себя ответственность за происходящее. Но, с другой стороны, они лишают себя возможности отстаивать свои права и налаживать конструктивный диалог с албанскими коллегами. Тех, кто идет на контакт с Приштиной, считают предателями.
Свой среди чужих
Рада Трайкович, председатель Сербского национального совета по Косово, утверждает, что проект «мультиэтничного края» уже провалился. «Мы живем в очень тяжелых условиях, все города этнически зачищены, Косово находится на нижней ступени мультиэтничности. Неалбанское население составляет менее 10% всех жителей края, – говорит г-жа Трайкович. – Приштина претендует на звание столицы, но она полностью зачищена от сербов». В 600-тысячной Приштине проживает от шести десятков до двух сотен сербов – точное число назвать трудно, большинство из них все-таки стараются жить компактно в сербских анклавах и не смешиваться с албанцами.
Сама Рада Трайкович живет в Грачанице, сербском пригороде Приштины. Как практикующий врач она принимает всех пациентов, независимо от их национальности. Бывали случаи, когда ей приходилось отвозить косовских албанцев на лечение в Белград, поскольку местные больницы не могли обеспечить качественного медицинского обслуживания. Но по территории Косова доктор Трайкович ездит с опаской: «Я регулярно езжу в Митровицу читать лекции в местном университете. Еду очень быстро – чем быстрее, тем безопаснее, – объясняет Рада Трайкович, – но если моя машина сломается, я не знаю, что со мной будет. Кто остановится – нормальный албанец или тот, у которого руки в крови?»
Все же для сербов и других национальностей, проживающих в Косово, есть неплохой шанс заявить о себе. В основу функционирования страны был положен проект децентрализации власти, наделяющий общины большими полномочиями, среди которых – возможность распоряжаться местным бюджетом и наладить трансграничное сотрудничество с соседними государствами. Сербские анклавы могут получать легитимное финансирование на собственные нужды из Сербии. Обучение в местных школах и документация в местных учреждениях ведутся на языке общины. Кроме того, в Косове недавно был принят закон о внесении поправок в учебные планы вузов – отныне студенты могут выбирать язык обучения, сербский или албанский.
«Сейчас в Косове 38 муниципалитетов, в 10 из которых проживает преимущественно сербское население, 18% бюджета Косова идет на нужды сербских общин, – говорит Арбан Абаши, советник министра по местному самоуправлению. – Мы пытаемся наладить с ними контакт, но, к сожалению, это непросто: слишком много ошибок было допущено в прошлом». Несмотря на еще не зажившие раны и воспоминания об этнических чистках, межэтнический диалог понемногу налаживается, утверждает Абаши, у которого немало близких друзей-сербов. «Поначалу сербы относились к нам довольно враждебно, но потом мы услышали друг друга, – продолжает Абаши, – мы же не можем просто оставить их за бортом жизни нашей страны».
Рада Трайкович не разделяет оптимизма коллег-албанцев по поводу децентрализации как залога соблюдения принципа мультиэтничности, но все же считает, что сербы должны более активно заявлять о своих позициях. «Некоторые международные организации и косовские институции хотят заставить нас быть лояльными гражданами Косова – мы этого не принимаем, – продолжает Трайкович. – Но я считаю, что сербы должны быть частью косовских структур, хотя бы для того, чтобы знать, что там происходит».
Присутствующие в Косове международные организации практически единогласно декларируют свою поддержку в налаживании межэтнического диалога. Проблема в том, что местное население воспринимает их далеко неоднозначно – сербы враждебно относятся к представительству ЕС, поскольку его возглавляет Питер Файт, одновременно являющийся главой Международной организации International Civilian Office, государства-члены которой признали независимость Косова.
Албанцы с недоверием относятся к миссии ООН в Косове, считая, что та идет на поводу у России и, следовательно, Сербии. Правоохранительную миссию EULEX обе общины именуют предвзятой в пользу «противника». Жители Митровицы вспоминают один случай – неправительственная организация Community Building Mitrovica хотела провести на мосту выставку старых фотографий, на которых запечатлена мирная жизнь города еще в начале прошлого века, но UNMIK не дал санкции на ее проведение, ссылаясь на высокую вероятность насилия во время мероприятия.
Общий язык
Одним из примеров «успешного» межэтнического сотрудничества, который приводит Трайкович (и ее мнение разделяют практически все эксперты по Косово), является организованная преступность – там, где дело касается «легких» денег, сербы и албанцы напрочь забывают об истоках своей вражды и превращаются в надежных партнеров. Впрочем, общие экономические интересы уже выходят из теневой в легальную сферу. В Митровице регулярно проводят межэтнические бизнес-ланчи: сербские бизнесмены приезжают в южную часть города, где их угощают албанцы, а через пару недель албанцы посещают соседей с ответным визитом.
«Вы не представляете себе, сколько одинаково мыслящих людей по обе стороны моста, – говорит албанка Валдете Идризи, глава НПО Community Building Mitrovica, – теперь мы хотим убедить всех остальных, что все не так уж плохо». Организация часто проводит социальные проекты с вовлечением обеих сторон, издает информационный бюллетень на двух языках, помогает восстановить город совместными усилиями.
Сотрудник Валдете, серб Милош Дражевич, тоже уверен, что жители Митровицы, да и всего Косова, должны преодолеть негативные стереотипы и сделать все возможное, чтобы край избавился от имиджа межэтнического пугала. Под его руководством в 2008 году стартовал проект «Поп Рок Школа» для подростков 12-15 лет из сербской и албанской общин. Идея этого проекта возникла намного раньше, но ее воплощение было невозможным по причине безопасности. Сейчас же школа насчитывает около 70 учеников, каждую неделю посещающих уроки музыки и репетиции. Они не только играют на музыкальных инструментах и дискутируют о стилях музыки, но и учатся слушать и слышать друг друга. Занятия и репетиции проходят на английском языке. Раз в два месяца ребята выступают с концертами. Концерты, по словам их куратора, проходят на ура. Некоторые группы – Cold Shots, Dodz, Krvna Grupa – уже завоевали титул местных знаменитостей.
Впрочем, подростки, о которых идет речь, не живут в тепличных условиях – они, как и другие жители края, стали заложниками ситуации: слова, услышанные дома и из телевизора, зачастую перечеркивают положительные эмоции и впечатления, полученные в школе. «Водораздел по этническому признаку все еще силен, и не надо себя обманывать, утверждая, что проекты вроде нашей музыкальной школы кардинально меняют ситуацию, – с сожалением говорит Милош, – но мы даем этим подросткам возможность сформировать свое собственное мнение. В таком проблемном регионе, как Балканы, очень сложно что-либо прогнозировать, единственное, на что мы надеемся, это то, что будущие поколения будут толерантнее друг к другу».